Эра Брюнинга.

Эра Брюнинга.

Эра Брюнинга

В декабре 1929 г. свергнут был министр финансов Гильфердинг, хотя он доставил громадные барыши крупным банкам, выпустив заем, не подлежащий налоговому обложению. Гильфердинга сменил профессор Молденгауер. Последний является членом наблюдательного совета крупнейшего германского треста, И. Г. Фарбениндустри. По прошествии нескольких месяцев—в марте 1930 г. кабинет Мюллера сменяется правительством Брюнинга. Всяческими маневрами социал-демократов вытесняют из правительства.  Тем не менее правительство Брюнинга—Гренера— Штегервальда, которое не имеет большинства в рейхстаге, встречает со стороны социал-демократии благожелательную поддержку и «терпимое отношение». В то же время это правительство уже берёт курс на привлечение в правительство национал-социалистической партии. На процессе Тереке в июне 1933 г. бывший министр Тревиранус категорически подтвердил, что Брюнинг уже тогда намерен был «включить» национал- социалистическую партию. Тем временем социал-демократия представляла трудящимся массам правительство Брюнинга как «меньшее зло» сравнительно с правительством чисто фашистского буржуазного блока. Прусское правительство Брауна—Зеверинга, руководимое социал-демократией, было прочнейшей опорой Брюнинга.

Период «демократии» закончился затруднениями, в которые кризис вверг финансовый, промышленный и аграрный капитал в Германии. Брюнинг управлял с помощью 48 параграфа веймарской конституции, который фактически отменяет эту конституцию. В истории германской буржуазной республики это не первый подобный случай. В германской республике уже не раз прибегали к исключительному положению и к отмене демократических прав, для того чтобы внести «коррективы» в ход политического развития, когда он становился опасным для капитализма. Уже в 1919—1923 гг., при социал-демократическом президенте республики Эберте, параграф 48 был использован для запрещения стачек в предприятиях, именуемых жизненно необходимыми, и для организации гвардии штрейкбрехеров, так называемой «технической помощи». Им воспользовались также для того, чтобы отправить рейхсвер в Саксонию и Тюрингию для «восстановления конституционного положения» и чтобы дать генералу фон Зекту как военному диктатору полномочия на роспуск германской коммунистической партии. Начальник берлинской полиции— социал-демократ Цергибель, бывший профсоюзный лидер, запретил в 1929 г. майскую демонстрацию берлинских рабочих. Когда рабочие нарушили этот запрет и организовали демонстрацию, он послал против них свои полицейские войска. Пули полицейских уложили 33 берлинских рабочих. Через несколько дней Зеверинг запретил союз красных фронтовиков, антифашистскую защитную организацию революционного проле-

[ 22 ]

тариата, между тем как национал-социалисты могли по-прежнему легально организовывать в Пруссии свои штурмовые отряды.

Брюнинг устраняет рейхстаг. Социал-демократическая партия дает на это свое согласие. Он управляет с помощью «чрезвычайных» декретов на основании 48 параграфа. Он издает декреты о сокращении пособий безработным, урезывает скудные пенсии пострадавших во время войны— инвалидов, престарелых, вдов и сирот. Он вводит самостоятельно без парламента новые налоги, бремя которых падает на массы: подушный налог, кризисный налог, налог с холостяков. В порядке чрезвычайных декретов он увеличивает пошлины и вызывает таким образом рост цен на предметы первой необходимости. Он отменяет законы, изданные в защиту квартиронанимателей. Банки и промышленные концерны получают миллионные субсидии. Крупные землевладельцы проводят финансовое «оздоровление» своих имений за счет трудящихся. Они получают миллионы из сумм так называемой «Остхильфе» (общество содействия землевладельцам в Восточной Пруссии). А полицей-президенты, из которых более половины социал-демократы, самым суровым образом подавляют движение протеста пролетариата, запрещают коммунистическую печать, запрещают рабочие демонстрации.

Этой своей политикой социал-демократия не только способствовала фактически росту реакционных и фашистских сил в Германии, но дала также национал-социалистам предлог для их демагогической травли по поводу провала «марксистской системы».

Социал-демократия «терпела» правительство Брюнинга, которое довело ограбление масс до невыносимых пределов, управляло страной диктаторскими методами и подготовляло привлечение национал-социалистов к участию в правительстве.

В это время происходит второй подъем национал-социалистического движения. Национал-социалистическая партия остается на строго легальной почве. Совместно с Гугенбергом, представляющим реакционное крыло тяжелой индустрии и крупного землевладения, совместно со Стальным шлемом и другими националистскими организациями она проводит плебисцит против плана Юнга. При этом забыто было, что немецкая национальная народная партия Гугенберга отрядила в 1925 г. половину своей фракции для того, чтобы помочь принятию плана Дауеса. В кампании против плана Юнга огромный пропагандистский аппарат гугенберговского концерна, инспирирующий сотни газет и обладающий собственным информационным агентством «Телеграфен-Унион», оказал большие услуги и национал-социалистам. Плебисцит, правда, кончился провалом, но национал-социалисты снова имеют некоторый успех на выборах в ландтаги в Саксонии и Тюрингии и на коммунальных выборах в Пруссии.

В январе 1930 г. Фрик становится в Тюрингии министром внутренних дел и народного просвещения—это в Германии первый министр национал-социалист. Национал-социалистическая партия вступила тогда в Тюрингии в коалицию со всеми правыми партиями вплоть до немецкой народной партии, которая в то же время в рейхстаге находилась в коалиции с социал-демократией. Еще год тому назад Геббельс в своей «Азбуке национал-социалиста» назвал немецкую народную партию представитель-

[ 23 ]

ницей интересов крупного капитала. Теперь представитель социалистической рабочей партии участвует в одном и том же правительстве вместе с представителями немецкой народной партии.

[ 23 ]

Персона