II [глава]

II

Бармен, 2 февраля 1845 г.

С тех пор, как я писал вам в последний раз, дело коммунизма продолжало развиваться так же быстро, как и в последние месяцы 1844 года. Я недавно побывал в ряде прирейнских городов и повсюду обнаружил, что со времени моего последнего посещения наши идеи завоевали и продолжают завоёвывать с каждым днём новые позиции. Повсюду я встречал новых прозелитов, которые обсуждали и распространяли идеи коммунизма со всем рвением, какого только можно было пожелать. Во всех городах Пруссии проведено множество публичных собраний для создания союзов, имеющих целью противодействие росту пауперизма, невежества и преступности в широких массах населения. Правительство, сначала поощрявшее эти собрания, стало препятствовать их проведению, как только в них проявился слишком независимый дух, но тем не менее, они привлекли общественное внимание к социальному вопросу и сделали очень много для распространения наших принципов. В Кёльне собрание было настолько воодушевлено речами видных коммунистов, что избрало для выработки устава союза комитет, состоявший в большинстве своём из убеждённых коммунистов. В основу устава были, конечно, положены коммунистические принципы — организация труда, защита труда от власти капитала и т. п. — и этот устав был почти единогласно принят собранием. Разумеется, в правительственной санкции, которая требуется здесь для создания любой ассоциации, было отказано; но после этих собраний вопрос о коммунистических колониях стал предметом всеобщего обсуждения в Кёльне. В Эльберфельде было провозглашено в качестве основного принципа союза, что все люди в равной мере имеют право на образование и должны пользоваться плодами науки. Устав союза, однако, ещё не утверждён правительством и, по всей вероятности,

[523]

он разделит участь кёльнского устава, так как духовенство создало свою собственную организацию, после того как его попытка поставить союз в зависимость от городской епархии была отвергнута собранием. Либеральный союз будет запрещён, а поповский—получит поддержку правительства. Это, впрочем, не имеет большого значения, потому что вопрос, раз поднятый, обсуждается теперь по всему городу. В Мюнстере, Клеве, Дюссельдорфе и других городах также были основаны союзы; посмотрим, каковы будут результаты. Что касается коммунистической литературы, то Г. Пютман, из Кёльна, выпустил в свет сборник 133, содержащий, наряду с другими статьями, описание коммунистических колоний в Америке и вашей колонии в Гэмпшире, что весьма способствовало преодолению предрассудков о неосуществимости наших идей. Г-н Пютман опубликовал одновременно проспект трёхмесячного журнала 134 , первый номер которого, посвящённый исключительно пропаганде наших идей, он намеревается выпустить в мае этого года. Другой, ежемесячный, орган будет издаваться гг. Гессом, из Кёльна, и Энгельсом, из Бармена 135; первый номер выйдет 1 апреля; этот журнал будет целиком посвящён фактам, рисующим состояние современного цивилизованного общества; красноречивым языком фактов он будет проповедовать необходимость радикальных преобразований. В ближайшее время выйдет в свет новое произведение д-ра Маркса, которое будет заключать в себе критику основ политической экономии и политики вообще 136. Самого д-ра Маркса французское консервативное правительство заставило покинуть Париж. Он намеревается переехать в Бельгию; если же месть прусского правительства (которое побудило французских министров выслать Маркса) будет его преследовать и там, ему придётся перебраться в Англию. Но самый важный из фактов, ставших мне известными со времени моего последнего письма, это то, что д-р Фейербах, наиболее выдающийся философский ум Германии в настоящее время, объявил себя коммунистом. Один из наших друзей посетил его недавно в его сельском уединении в глухом уголке Баварии, и Фейербах выразил ему своё глубокое убеждение в том, что коммунизм является лишь необходимым выводом из провозглашённых им принципов и что, по существу, коммунизм является лишь практикой того, что он сам уже давно провозгласил в теории. Фейербах сказал, что ни одна книга не доставила ему такого наслаждения, как первая часть «Гарантий» Вейтлинга 137 . Он заявил, что никогда никому не посвящал своих книг, но испытывает большое желание посвятить свою ближайшую работу Вейт-

[524]

лингу. Таким образом союз между немецкими философами, наиболее выдающимся представителем которых является Фейербах, и германскими рабочими, представляемыми Вейтлингом, союз, год тому назад предсказанный д-ром Марксом 138 , близок к осуществлению. Если с нами философы, чтобы мыслить, и рабочие, чтобы бороться за наше дело, — то какая сила на земле сможет противостоять нашим успехам?

Старый друг ваш в Германии

Написано Ф. Энгельсом 2 февраля 1845 г.

Печатается по тексту газеты

Напечатано в газете «The New Moral           

Перевод с английского

World» №37,8 марта 1845 г.

[525]