Симон Петлюра. Украинские кафедры и украинский пролетариат.

Дек 25 2012

Украинские кафедры и украинский пролетариат

Новый учебный год принес несколько радостных известий для национально-бесправного украинского общества. Еще в конце года в газетах сообщалось, что в некоторых высших школах на Украине профессора начнут читать лекции по украинским предметам. И в самом деле — известия подтвердились. С началом учебных занятий, как мы уже сообщали в предыдущем номере «Слова», некоторые профессора университетов заявили, что будут читать лекции по украиноведению, и отчасти приступили уже к чтению таких лекций. Так, начал читать в Киевском университете и на Высших женских курсах в Киеве лекции по истории украинской литературы проф. Лобода; в Петербурге на Высших женских курсах читает лекции по истории Украины А. Ефименкова. Скоро начнут читать украинские лекции (в Харьковском университете) проф. Сумцов об истории украинской литературы, проф. Халанский об украинском языке и проф. Багалий об истории Украины. Таким образом, давние желания украинского общества начинают осуществляться. То, что вчера и недавно признавалось как «несвоевременное» и «ненужное», против чего так боролись разные враги национальной науки, сегодня уже становится фактом, живой действительностью; и слово науки о нашем родном крае, о тяжелой и многострадальной истории нашего народа, о нашем духовном творчестве, которое дает только первые ростки своей силы и гения, начинает свободно звучать в университетских аудиториях. Шакалы из «Киевлянина» предпринимают поход против наших первых культурно-национальных достижений и завывают черносотенным воем... Но там, в аудиториях университета, полно молодежи, которая с жадностью, со всей силой радости национального возрождения хочет услышать запрещенное до сих пор слово науки о своем национальном Я. Для темных духов реакции есть повод бесноваться: радость угнетенных, хоть и небольшая, причиняет им беспокойство и хлопоты. Радость украинского угнетенного народа, который духи тьмы считали духовным изгоем, неспособным к творчеству, к собственному культурно-национальному развитию и всеми условиями своего собственного бессилья осужденным на денационализацию, — причиняет им еще большие хлопоты. Гробокопателям действительно тяжело смотреть, как похороненные ими мертвецы встают из гроба.

Так что в рядах реакции грусть, среди украинцев и всех сторонников свободной науки — радость.

Как должен отнестись к этому украинский пролетариат, как он встретит первое культурное достижение в той борьбе, которую ведет украинский народ за право на собственное развитие?

Не будем поддаваться особенным иллюзиям и радостям по поводу того, что тот или другой профессор начал читать лекции по запрещенным до сих пор предметам украиноведения.

Ведь дети украинского рабочего или бедного крестьянина не услышат его, ведь им закрыты все пути к нему?! Новое слово об Украине будут слушать только дети зажиточных людей, дети буржуазии. Да еще и о том нужно вспомнить, что эта наука, хотя и украинская, будет все-таки буржуазной и не станет она ни обучать, ни освещать всех явлений жизни с той точки зрения, с которой смотрит на них сознательный пролетариат, то есть с точки зрения научного социализма?! Кажется, что украинскому рабочему не будет никакой пользы от современной украинской науки. Но так кажется только на первый взгляд. Глубже вникнув в суть вопроса, мы придем к выводу, что введение украинской науки в высших школах Украины имеет большое значение для наших рабочих и крестьянских масс.

Рабочий не может успешно развиваться, не может успешно бороться, если он не овладеет знаниями, если он не будет сознательным. А научные знания быстрее усваиваются рабочим тогда, когда он в обучении, в школе, при чтении книжек будет пользоваться своим родным языком, родными, знакомыми ему еще с детских лет звуками и образами. И когда государство отнимает у угнетенной нации право на свободное национальное развитие, на национальную школу и культуру, оно сознательно ведет ее к духовной гибели и упадку. Не имея своей собственной школы, своих национальных институтов, гений угнетенной нации прозябает, ему насильственно подрезают крылья, а сама нация быстро идет к денационализации, не развивается, а гибнет, не изобилует расцветом своих духовных сил, а медленно застывает. И если большой вред со стороны чужой культуры чувствует на себе вся угнетенная нация, то пролетариат этой нации испытывает двойную муку. Ненормальное состояние чужого образования и культуры, насильно навязанных, чувствует, прежде всего и больше всего, социально униженный член угнетенной нации. Он не может пользоваться как следует ни школой, где для него, начиная с языка, все чужое, ни государственными и общественными институтами, ни всем тем, что дает и создает чужая культура. Он знает причины такой беды и сознательно борется против них. Но не ограничивает эту борьбу, как националисты, одной только борьбой за национальные права, а восстает против капиталистического строя, который среди других форм гнета для своего благосостояния требует и гнета над негосударственными нациями. Вот почему и украинский пролетариат неравнодушен к тому, какими будут на Украине школа и культура, он требует национализации для той и другой, потому что знает, что только в национализированной школе он быстрее, с меньшей потерей своих сил, так необходимых ему для борьбы за свои пролетарские права, получит образование; потому что он уверен, что только родная культура поможет ему быстрее встать на ноги и развить до высокой степени свои духовные силы. И это требование украинского пролетариата существует не только на бумаге, в программе той партии, которая является выразителем его интересов. Нет, живой интерес к вопросу украинский пролетариат показывал на деле, принимая не раз и не два соответствующие резолюции, поддерживая украинских студентов в той борьбе, которую они вели в прошлом году за национализацию обучения и просвещения на Украине, заставляя студентов не останавливаться на половине пути, а идти до конца, пока обучение на Украине не станет полностью национальным. И если теперь мы видим, что борьба студентов принесла некоторые результаты и они добились маленькой победы, то заслуги в этой победе не нужно приписывать только студентам. Без тех многочисленных резолюций крестьян и рабочих о необходимости родной школы, которые в свое время печатались в украинских газетах, голос студенчества напрасно погиб бы, был бы тем «гласом вопиющего в пустыне», который никто не слушает и на который никогда не откликаются в бюрократических пустынях. Народные массы, украинское крестьянство и рабочие этот голос на самом деле сделали голосом силы и живой необходимости, удовлетворить которую стало неизбежным и обязательным. Само студенчество было только «передаточной инстанцией», посредником, исполнителем воли народных масс. Разрушение аристократизации русского языка на Украине является заслугой этих масс. Честь демократизации украинского языка, введение украинских предметов в высших школах принадлежит также народным массам. И когда украинские студенты, добившись с помощью масс права на украинскую науку, хотят остаться на высоте своего положения и высокой миссии, то путь к этому может быть только один. Они никогда не должны забывать, благодаря кому они добились возможности испытывать счастье и наслаждение от национальной науки. Им нужно всегда помнить, что именно те, за чьи деньги и труд они испытывают это счастье, кто помог им достичь его, что именно они не скоро испытают его, не воспользуются полученной победой. Нужно помнить, что там, в наших ободранных селах царит мрак, что дети рабочих и крестьян уродуют и душу и разум чужой «культурой», а в народных школах обучение — то же, что было раньше, на том же непонятном или малопонятном для детей языке, который, как установлено и статистическими данными, и авторитетными в вопросах просвещения людьми, завел нас далеко назад и поставил нас в хвосте культурных народов. Пусть же осознают это студенты-украинцы, слушая лекции об Украине, и несут полученные ими научные сведения о родном крае своему народу и обогатят родной край верными ему, просвещенными сынами. Образование на Украине должно быть национальным не только наверху — в университетах и других высших школах, где обучаются дети украинской буржуазии, а скорее и больше всего внизу — в народных школах, где получают крохи, огрызки обучения дети украинского пролетариата и социально угнетенного украинского крестьянства. Каутский как-то выразил мысль, что пролетариат только тогда одержит победу, когда разовьет в себе все интеллектуальные силы, станет интеллигентным и образованным в массе своей. Без национальной школы, близкой и родной ему, пролетариат, как показывает опыт международного пролетарского движения, не может приблизиться к этому уровню. Национальная школа, национальное просвещение — первый шаг, первый этап на пути, в конце которого ему светит заря социальной свободы. Лучшая часть буржуазной интеллигенции часто становится в ряды пролетариата, помогая ему развить свое классовое сознание, и своими научными знаниями обогащает его силы. Это происходит тогда, когда отдельные представители буржуазии проникаются до глубины души страданиями пролетариата и делают своим то мировоззрение, которое присуще пролетариату, то есть мировоззрение научного социализма. Украинские студенты только тогда смогут выполнить свой долг перед украинскими народными массами, когда помогут им достичь просвещения, когда проникнутся мировоззрением пролетариата, демократизируют украинскую науку, сделают ее национальной не только по форме, по языку, но и по содержанию.

Здесь текст приводится по изданию: Симон Петлюра. Главный атаман. В плену несбывшихся надежд. Под редакцией Мирослава Пововича и Виктора Мироненко. Москва - Санкт-Петербург. 2008. С. 86-90.