Энвер Ходжа. Грызня за власть.

Ноя 29 2012

ВОСКРЕСЕНЬЕ
28 НОЯБРЯ 1976 г.

ГРЫЗНЯ ЗА ВЛАСТЬ

Нет никакого сомнения в том, что в Китае, после смерти Мао, ситуация осталась хаотичной, и партия, вооруженная эклектической теорией, переживает состояние раскола.

Известно, что при жизни Мао правая группа Чжоу Энь-лая преобладала. Мао, как „рулевой", руководил через „центристов", сдерживая и правых, и левых, которые противостояли друг другу с „обнаженными мечами".

В группе Чжоу вторым был Дэн Сяо-пин, который должен был занять его место. С этим Мао был согласен, но зато возражали левые. Как только умер Чжоу, Мао оказался на распутье. Он не мог навязать свою волю левым, так что они приступили к разоблачению Дэна еще при жизни Мао. Мао удалось сохранить Дэна в партии, однако правые находились под угрозой. Тогда Мао-балансир вынул из середины центриста Хуа Го-фэна, которого назначил зампремьером и первым заместителем председателя партии. Левые не одобрили и этого решения Мао. В этот период, который длился около года, центристы вступили в союз с правыми и решили назначить Хуа Го-фэна после смерти Мао председателем Коммунистической партии Китая, причем еще до его смерти назначить его премьер-министром и главнокомандующим армией. И так и было сделано. Как только умер Мао, Хуа Го-фэн и армия арестовали левых лидеров и, не созвав ни Политбюро, ни Цен-трального Комитета, Хуа Го-фэн присвоил себе звания.

Однако для правых и для последователей Чжоу Энь-лая и Дэн Сяопина Хуа Го-фэн был главой лишь временно, до тех пор пока не будет произведен путч и не будет изобличена „четверка", затем он должен был уступить место какому-нибудь другому, более сильному, какому-либо правому деятелю, которого одобрял и Мао, и Чжоу. Таким деятелем был Дэн Сяопин.

Хуа Го-фэн сделал первые шаги, утверждая, что он „был назначен Мао". Ему становилось все приятнее от места и званий. С банальным и клеветническим „изобличением" „четырех" Хуа подумал, что закрепил свои позиции, но это, несомненно, не так. Правые ратуют за Дэна. Хуа тоже ратует за Дэна, но наверно ему хочется, чтобы Дэн выступил с какой-то самокритикой, прежде чем быть реабилитирован, а затем дать ему пост, но не пост председателя партии. Однако Дэн и его сторонники несогласны с этим, поэтому блокировали Хуа Го- фэна. Последний нелегально стоит у руля правления и не может созвать даже пленума Центрального Комитета, ибо там имеются левые, имеются центристы, имеются и правые, и люди прочих мастей. В таких условиях Дэн напирает на Хуа, а Хуа — на Дэна. Хуа продолжает „критиковать" (увы, это совершенно беззубая критика) некоторые правые ошибки Дэ-на, покуда не добьется того, чтобы последний поступал так, как угодно Хуа. Однако Дэн — „упрям", он хочет всю власть и ничуть не меньше. В этом источник конфликта.

Хуа Го-фэн борется за то, чтобы удержать власть с поддерживающей его частью военных, с которыми и маневрирует. Он собрал Постоянный Комитет Всекитайского собрания народных представителей, в котором единственным поставленным Хуа вопросом было назначение жены Чжоу Энь-лая заместителем председателя ВСНП. Эту кандидатуру Хуа выдвинул под тем предлогом, будто год назад „Мао сказал ему, что жену Чжоу надо назначить на это место". Говорят, что жена Чжоу — это сестра Дэн Сяо-пина. Этим приемом Хуа хочет показать народу и правым, что он „пользовался доверием Мао", что Мао наказал ему „ликвидировать левых, что Мао сказал ему: „Раз ты у руля правления, я умираю спокойно", что Мао сказал ему: „Назначь жену Чжоу на этот высокий пост". Этим последним актом Хуа Го-фэн старается расположить к себе часть правой группы, последователей Чжоу Энь-лая.

Другими словами, в Китае борьба за власть не только не кончилась, но только что начинается. Тут решающую роль будет играть армия, и от этой роли зависит, будет ли власть в руках Хуа Го-фэна, Дэн Сяо-пина, или же в руках какого-нибудь другого правого, сильного, как Дэна.

При этом Коммунистическая партия Китая не играет никакой роли или играет формальную роль, т.е. лишь одобряет на своих формальных собраниях то, что наверху решено путчистами. Y Коммунистической партии Китая, по-видимому, одно только название и внешность. Она выступила в мире и в коммунистическом движении как партия „с революционной, марксистско-ленинской линией, со структурой партии ленинского типа". Однако факты показали, что она не такой была. Китайский народ сражался, коммунисты-революционеры с Мао и другими сражались, однако это была национально-освободительная борьба, которая не закрепила ни партию в соответствии с марксистско-ленинскими нормами, ни власть в форме диктатуры пролетариата. Алжирцы тоже сражались как националисты, однако они убрали своих врагов, а китайские коммунисты — нет. И поэтому они страдают.

Энвер Ходжа. Размышления о Китае. II. 1973-1977. Отрывки из политического дневника. Тирана, 1979. С. 326-328.

Рубрика: