Буквально разорван на куски.

Буквально разорван на куски

(Сообщения очевидцев из Гайденау)

В начале марта был взят под стражу Фриц Гумберт из Гайденау. Его обвиняли в том, что он «зарыл боевые припасы и «оружие». Его доставили в крепость Кенигштейн, а оттуда в концентрационный лагерь Гогенштейн. Там его заковали в цепи и подвергли пытке. Истязания, перенесенные им, были столь жестоки, что он умер. Жене сообщили, что он скончался от кровотечения из желудка и кишечника.

Рабочие предприятий, находящихся в Гайденау, собрали деньги и настояли на перевозке тела в Гайденау. Это было разрешено, но с непременным условием, чтобы гроб не открывали. Рабочие однако не стали считаться с этим распоряжением. Никто из очевидцев не забудет той картины, которая им представилась. Лицо оказалось буквально сшитым из кусочков. Повидимому языка совсем не было. На руках ,видны были следы тяжелых оков, зад представлял собою изрешетенный кусок мяса. Задний проход был забит тряпкой, чтобы удержать кровотечение, спинной хребет был переломлен, половые органы изорваны, правая

[ 304 ]

[ Иллюстрация ]

[ 305 ]

ляжка разорвана, под ложечкой тело было продавлено так, что кишки выступили наружу. Искусанные губы свидетельствовали, какие ужасные страдания перенес Гумберт.

Когда вокруг тела собралась толпа возмущенных и охваченных ужасом рабочих, штурмовики снова забрали труп. В Гайденау явился сам палач Киллингер с целым штабом полицейских и с врачами. Был устроен повальный обыск в рабочих квартирах, чтобы конфисковать аппараты и фотографические пластинки. Очевидцам, под угрозой самых тяжелых наказаний, было предложено ничего не рассказывать. Те, кто присутствовал при осмотре тела, были вызваны специально и получили предупреждение «держать язык за зубами».

В пятницу 28 апреля происходили похороны. Около 3 тыс. рабочих и работниц явились отдать последний долг покойному. Все прилегающие улицы были оцеплены штурмовиками, державшими оружие наготове. Когда процессия подошла к воротам кладбища, на нее напали фашисты и разогнали ее. На кладбище пустили только родных. У могилы произнес речь священник, демонстративно носивший фашистский значок.

[ 306 ]